Часть первая
"Криминальный триКОТАж
1
ДЕТСТВО МАФИИ
Жил, был… Впрочем, без вступленья.
Лет уж семь прошло с тех пор,
Как явился к нам в селенье
Первый и нежданный вор.
Года два тогда мне было.
Помню: с озера пришли,
Заигрались и забыли,
Что котеночка нашли.
Кто он и откуда взялся,
Уж теперь не разгадать.
Он не ел, не умывался,
Но не думал пропадать.
Он ходил в крысину норку,
Тощий, страшненький такой.
Один глаз – в цвет дынной корки,
Другой глазик – голубой.
Мама котика жалела.
Выгнать бы, да пропадет.
Папа драл его за дело
И бросал на огород.
Только котик был упрямый:
Кто уж только не учил.
Как-то раз, он три дивана
Нам за сутки обмочил.
В общем, дома он прижился,
Хоть, раз восемь помирал.
Папа фениксом дразнился,
Потом Кузею назвал.
Кузя был не барс шанхайский –
Кузя был «Турецкий Ван»:
Папа с мамой отыскали
В каталоге дальних стран.
Папа взял на обученье:
Благородных, кот, кровей,
Норовит, лишь, есть печенье,
А пора ловить мышей.
С обученьем не сложилось:
Кот был малость глуповат,
Лишь, однажды приключилось!
Случай – выше всех наград!
Мышь в сгущенке утонула.
Мама бдительна была.
Быстро котику мигнула,
Тут уж бледны все слова.
Впрочем, случай – исключенье:
Мыши в доме развелись,
Съели Кузино печенье,
До варенья добрались,
Мама долго горевала,
Что сожрали пылесос,
И грозила в тьму подвала.
Что решит и сей вопрос.
Так Барсюн у нас завелся:
Мама с дерева сняла.
Как он к ней в доверье втерся,
До сих пор не поняла.
Поначалу, мы не знали,
Как его и величать.
С хитрой мордой плутоватой –
Стали Барсиковым звать.
А, «Барсюн» - подпольна кличка,
Когда стал в «законе» жить,
Но об этом пусть синичка
Вам споет: «фюить-фюить».
Нам пора главу вторую
Без сомненья начинать,
Я хочу вам быль другую
Без утайки рассказать.
|
