Глава двадцатая. Остров имени Дикки





Аквариус и Профессор очень долго плавали под водой, время от времени выбираясь в шлюпку, чтобы отдышаться, выпить чаю, который Кокошкина налила им в термос, и съесть по паре вкуснейших пирожков с мясом. Дикки даже немножко приустала смотреть в воду и задремала. Когда пловцы окончательно вылезли из воды и стали снимать акваланги, она даже обрадовалась. Механик завел двигатель, и шлюпка весело побежала к судну.

Оба пловца выглядели совершенно счастливыми и радостно говорили о том, что завтра займутся систематическим отбором проб. Дикки не знала, что это означает, но ей почему-то не хотелось в этом участвовать.

- «Под воду все равно не пустят», - подумала, вздохнув, Дикки и решила, что завтра с ними не пойдет.

На следующий день, сразу после завтрака, в шлюпку грузили большие и маленькие ящики. Из них доносился звон стекла.

- А что там такое? – спросила Дикки Профессора, руководившего этим процессом.

- А там, девочка, посуда.

- А зачем? Кого вы будете кормить?

- Нет, девочка, мы не будем никого кормить, мы будем в нее собирать всякие образцы, чтобы потом изучать их.

- А можно заглянуть? Я никогда не видела посуду, в которую собирают образцы.

- Прошу! – сказал Профессор, открыв крышку одного из ящиков. В нем, в специальных гнездах, стояли стройные ряды стеклянных пробирок с резиновыми пробками. В другом ящике были стеклянные банки с такими же пробками.

- И это вы называете посудой?!

- Ну да, лабораторная посуда.

- Ох, ну какие же вы, ученые, странные, - вздохнув, сказала Дикки, - все у вас не так, как у всех людей!

- Это еще что, Дикки! Вот, если бы ты еще увидела, что они в эту посуду кладут, и что потом с этим делают, ты бы еще больше удивилась их странности! – смеясь, сказал матрос и поднял ящик с пробирками, чтобы передать его в шлюпку.

Нет, не могла Дикки пропустить такое. Никак не могла! Она просто должна была увидеть все это своими глазами. Через десять минут все нужные разрешения были получены, и Алекс подхватил Дикки, стоя в шлюпке. Она тут же разместилась меж ящиками и аквалангами. Механик завел двигатель, и он, взревев, мерно застучал, разгоняя шлюпку.

Все было точно так же, как и в первый день. Аквариус с Профессором ныряли, а Дикки с Алексом смотрели, что они там, внизу, делают. Время от времени они всплывали по очереди и брали корзиночку с банками или пробирками. Ползая вдоль серо-белых рифов, они что-то брали там и опускали в пробирку. На пробирке они что-то писали специальными карандашами прямо там же, под водой.

На этот раз якорь не отдавали, потому что ветра не было, и шлюпка медленно дрейфовала. Пловцы смещались за ней, все время оставаясь в поле зрения Алекса и Дикки. Наконец, они устали и выбрались из воды в шлюпку.

- А не перекусить ли нам, а? – предложил Алекс, и все его с удовольствием поддержали.

- А почему бы нам не сделать это на земле? – сказал Профессор, - под пальмами?

И это предложение также было встречено с одобрением. Механик завел двигатель, и Алекс направил шлюпку к берегу. Вскоре она прошуршала по тончайшему коралловому песку, и все выпрыгнули на него. Он оказался настолько горячим, что без обуви ходить по нему было невозможно. Под пальмами была небольшая травянистая лужайка, которой хватило ровно настолько, чтобы разместиться им, пятерым. Пообедав тем, что собрала им Кокошкина, все молча сидели в полудреме.

Дикки не сиделось. Она встала и решила промерять остров. Сначала она хотела взять что-нибудь в шлюпке, а потом просто стала мерять шагами. Считать она уже неплохо умела – сказались занятия с Алексом. Сначала она измерила остров в длину. Длина закончилась на двести пятьдесят седьмом шаге. Ширина оказалась меньше, всего сто шестьдесят два шага.

- Меряешь? – спросил Дикки Алекс, оказавшийся у нее за спиной.

- Ага, - подтвердила девочка.

- Я так думаю, что если кто-то измерил что-то, что до него никто и никогда еще не измерял, то этот кто-то имеет полное право дать этому измеренному имя. Я прав, уважаемые Архивариус и Профессор?

- Вы абсолютно правы, молодой человек! – сказал Профессор.

- И это что, я могу теперь назвать этот остров, да? – изумленно спросила Дикки.

- Именно так! – широко улыбаясь, подтвердил Архивариус.

- И кто об этом узнает? – спросила Дикки, - Мы же уйдем отсюда, и остров останется таким, каким он и был до нас – без имени.

- А мы сейчас решим эту проблему, постойте здесь минутку, – сказал Алекс и бросился к шлюпке. Через пару минут он вернулся оттуда с крышкой от одного из ящиков в руках.

- Все за мной! – весело сказал он и направился к пальмам.

Через пять минут на пальме висела деревянная табличка с крупной, красивой надписью Остров «Дикки», сделанной теми, подводными карандашами. Ниже, более мелким шрифтом, было написано: «Обследован и обмерен девочкой по имени Дикки»

- Ну, и как? - спросил Алекс, обведя присутствующих взглядом, - Нравится?

- Ой, еще как нравится! – захлопала в ладоши Дикки. Архивариус с Профессором согласно закивали.

- Та-ак! А теперь все повернемся и сделаем улыбочки, – раздался голос Механика. В руках у него был фотоаппарат, - Смотрим в объектив. Сейчас вылетит птичка!

- КаРРР- тут же раздался в воздухе громкий голос Ворошки.

- А вот и птичка прилетела, – сказала Дикки

- Та-ак, эту птичку пропускаем, смотрим в объектив и ждем подлета следующей птички! – сказал Механик, и все засмеялись. Именно такими, весело смеющимися, они и получились на этой исторической фотографии.

- Ворошечка, - обратилась девочка к птице, - ты чего прилетела? Соскучилась?

- КошмаРРР, - сказала Ворошка и зашагала по мокрому песку.

- Какой кошмар? Что-нибудь случилось?

- КаРРРаул! – крикнула Ворошка в ответ и, взлетев, опустилась на борт шлюпки.

- Не на судне ли что произошло? – обеспокоенно сказал Алекс и, взяв бинокль, висевший на ремешке у него на груди, долго смотрел на судно, стоящее на якоре. Все смотрели на него в тревожном ожидании.

- Да нет, все спокойно, и все занимаются своими делами. Ничего такого не видно, - сказал Алекс, опустив бинокль, - ложная тревога.

- Ты чего это, Ворошечка, так всех пугаешь, а? – спросила Дикки Ворошку, но она не ответила и, громко захлопав крыльями, взлетела и полетела куда-то в сторону моря.

Все сели в шлюпку. Механик завел мотор, и они вернулись к месту, где ученые прервали свою работу. Надев акваланги, они сели на борт шлюпки и собрались было откинуться в воду, но тут снова прилетела Ворошка.

- КаРРРаул! КошмаРРР! – закричала она, летая над учеными.

- Все, мы тебя слышали! Спасибо, спасибо, но нам пора работать, птичка! – сказал Аквариус и откинулся назад, с громким всплеском уходя под воду. За ним откинулся в воду и Профессор.

- Ворошечка, что с тобой? Чего ты так кричишь? – обеспокоенно спрашивала птицу Дикки, но та летала и кричала почти непрерывно.

- Есть! – крикнул вдруг Алекс, смотревший в бинокль туда, где летала Ворошка. Он схватил весло и стал с силой колотить им по воде, поднимая брызги.

Вскоре из воды, метрах в пяти от шлюпки, показались головы Аквариуса и Профессора. – - Что случилось? - спросил Аквариус, вынув загубник от воздушного шланга изо рта.

- Немедленно из воды! – закричал Алекс, продолжая колотить веслом по воде, - Акула!

Алекс и Механик помогли пловцам быстро забраться в лодку. Когда пловцы были уже в безопасности, Дикки увидала то, что так напугало взрослых. Три острых, почти черных плавника скользили по поверхности воды. Судя по их размерам, акулы были довольно большие. Они прошли вдоль борта так близко, что все находящиеся в шлюпке увидели темные, стремительные силуэты хищников.

- Вот так Ворошка! – тихо сказал Профессор, - Это же надо! Чудеса какие-то.

- Расскажи кому – не поверят, - продолжил его мысль Аквариус, - что северная птица, никогда не знавшая акул, поняла всю опасность ситуации и предупредила заранее. Это именно она спасла нас. Думаю, что если бы не она, мы заметили бы опасность слишком поздно.

- Так это же не просто птица, это же Ворошечка! – с гордостью сказала Дикки .

- КРРРасавица! – тут же сказал Ворошка, сидевшая на носу шлюпки, и все засмеялись.

- На этот раз я полностью соглашусь с этим утверждением, и если кто-то попытается в моем присутствии это оспорить, я берусь доказать, что эта птица – самая красивая птица из всех, которых я знаю! – совершенно серьезно сказал Аквариус.

И опять Ворошка стала героиней дня, и все ее хвалили, а она принимала эти похвалы с истинно королевским величием, сидя на рее и кося одним глазом на говорящего. Правда, Дикки показалось, что она смотрит не на говорящих, а на их часы, очки или пуговицы. Впрочем, она сразу же отмела эту мысль как совершенно несправедливую по отношению к Ворошке.

***

Вода под кормой вскипела, зашумела водоворотами, и судно, пыхнув запустившимся двигателем, слегка подрагивая, медленно тронулось. Двигатель застучал ровно, ненатужно, и корма стала удаляться от вспененного пятна возмущенной воды. Судно теперь оставляло за собой ровную дорожку потревоженной воды, которая постепенно сглаживалась и исчезала. Дикки знала уже, что этот след называется кильватерной струей.

Остров почти слился с горизонтом, и три пальмы как будто повисли в воздухе, еле касаясь линии горизонта. Постепенно, от пальм остались только вершины, а потом и они скрылись. Дикки помахала рукой этому гостеприимному островку, окончательно с ним прощаясь. При этом она почувствовала, что в ней что-то изменилось. Ей уже не было все равно, как он называется, кто будет жить на нем, и что будет на нем делать. Это был кусочек планеты, за который она теперь была в ответе. Это был ее островок, и она точно знала, что теперь навсегда с ним связана. Какой-то комок появился в горле, и Дикки чуть было не заплакала от волнения, но взяла себя в руки.

- И как мы его теперь найдем? - тихо, с трудом справляясь с голосом, спросила она Алекса, стоящего рядом.

- А ты сходи на мостик, там тебе расскажут, как его можно будет найти, - так же тихо ответил Алекс.

- Самой?

- Страшно?

- Нет. А меня пустят?

- Думаю, пустят.

Вздохнув, Дикки кивнула и пошла к трапу, ведущему на крыло мостика.

- Можно войти? – тихо спросила девочка, заглянув в рулевую рубку

Матрос, стоящий за штурвалом, молча указал пальцем на дверь в штурманскую.

- Можно войти? – теперь уже громко крикнула Дикки.

- Можно, девочка! – ответил старпом, выходя из штурманской рубки, - Вам и вашей уважаемой птице теперь всегда можно заходить сюда. Вы заслужили это!

- Спасибо, - вежливо ответила Дикки, совершенно не ожидавшая такого оборота.

- Что вас привело сюда?

- У меня есть один вопрос.

- Готов ответить на него, а также еще на множество вопросов, которые в дальнейшем могут возникнуть у вас, - улыбаясь, ответил старпом и жестом пригласил Дикки в штурманскую.

- А как мы найдем этот остров, который …

- Назван в вашу честь? – продолжил за нее старпом.

- Да.

- А вот, гляньте сюда, - сказал старпом, указывая карандашом на морскую карту, лежащую на широком штурманском столе.

- Ой, как здорово! – захлопала в ладоши Дикки, прочитав надпись «О-в «Дикки», сделанную красными чернилами возле небольшой желтой точки на карте, - теперь все будут знать, как он называется!

- Правильно, - улыбнулся старпом, - и, кроме того, вам будет выдан документ с координатами острова, по которым любой моряк или летчик без труда найдет его. Я поздравляю вас. Дать имя острову - это очень большая честь. Не каждый ее удостаивается!

- А вы удостаивались? – спросила девочка, с удовольствием произнося новое, очень понравившееся ей слово.

- Нет, не доводилось.

- «Странно, такой…такой… и не удостаивался!»- так и не сумев подобрать нужного слова, подумала Дикки.

Когда стемнело, Дикки обратила внимание на то, что звезды, обычно такие большие и яркие, стали тусклыми, невыразительными. Большая круглая луна тоже была не яркая и окружена светящимся кольцом, словно фонарь в тумане.

Дикки легла в постель раньше обычного и быстро уснула, уже в полудреме улыбнувшись тете Варе, поцеловавшей ее в щеку.

Далее

(В. Ахметзянова, В. Федоров)

Приключения Дикки и ее друзей