Глава двенадцатая. Цирк на корабле





Судно резво бежало по синему, снова спокойному морю. Ласковый, теплый ветер ровно шумел в белоснежных парусах судна. Дикки совсем уже втянулась в эту морскую жизнь, которая текла размеренно и ровно. С утра – занятия с Алексом и Аквариусом. Потом – обед, небольшой «адмиральский час», как называл послеобеденный сон Аквариус. После этого наступало скучное время, когда никого, кроме вахты на палубе, не было видно. Там было очень жарко, но Дикки не боялась жары, и ей даже нравилось заниматься чем-нибудь на солнышке, в легком цветастом сарафанчике, сшитом тетей Варей.

В этот день все было как всегда. Ворошка после наказания вела себя тише воды, ниже травы и часто сидела в своем гнезде, ревностно оберегая свою драгоценность - стеклянные бусики. Она боялась и на секунду оставить их без присмотра, а если и улетала куда, брала их с собой! Так, на всякий случай. Никогда не знаешь, чего ждать от этих людей! Именно поэтому она и не отреагировала на зов Дикки, притворившись спящей.

Ворчун после обеда также обычно не изъявлял желания двигаться, потому что густая черная шерсть под солнцем нагревалась так, что бедняге приходилось худо. Он лежал в тени и, высунув длинный розовый язык, тяжело дышал. Собаки, в отличие от людей, не умеют потеть и потому одно спасение – в высунутом языке, через который они и охлаждаются.

Вот и сейчас, пес дремал. Снилось ему, что лежит он возле будки, в том самом дворе, где он и родился. Вокруг, тихо ворча, бродят, копаются в пыли куры… Кошка сидит на крыльце, кося глазом на дерево, на котором расселись воробьи и чирикают о чем-то своем, птичьем. Все так хорошо, спокойно, только вот, больно уж одолевают мухи.

Ох, уж эти назойливые мухи! И откуда они только берутся? Как было бы хорошо без них! Ворчун пытается цапнуть муху, которая норовит сесть на самый кончик его влажного носа, но мухи, они такие проворные! Только щелкнув зубами, пес приготовился к следующей атаке. Вот она…Цап! Мимо… Еще раз…Мимо! Рассвирепев, Ворчун резко и быстро клацает несколько раз зубами, пытаясь все же достать эту наглую муху, но у него не получатся! Раздосадованный пес громко и отчаянно лает на муху и... просыпается от заливистого смеха Дикки.

- Ой, Ворчу-ун! Ой, не могу! Ой, мамочки-и! – задыхалась она от смеха. Тебе бы в цирке выступать, ты такой смешной и забавный!

Ворчун обиженно чихнул и отвернулся. Еще никто не называл его забавным и, тем более, смешным. И чего только не приходится терпеть от этой девчонки!

- Ну, не сердись, Ворчун! – воскликнула Дикки, - Я ведь не со зла. Ты - самый лучший пес, только чуточку смешной, а иногда и не очень хорошо воспитанный. Да! Точно! Вот именно! Тебя же нужно дрессировать! И как это я забыла?

Мысли в головке Дикки понеслись, обгоняя одна другую. Вот было бы здорово, думала она, если бы Ворчун был цирковой собачкой, а она – его дрессировщицей! Тут Дикки живо представила себе картинку – она в красивом, блестящем цирковом наряде, на арене цирка с Ворчуном.

Пес великолепно делает все, что она ни скажет – ходит на задних и передних лапах, считает громким лаем количество косточек на больших счетах. Вот, он отважно прыгает через горящее кольцо, и все аплодируют, кидают ей цветы на арену. На первом ряду сидит Алекс и смотрит на нее с таким восхищением!

Представив все это, Дикки деловито и даже придирчиво оглядела пса.

- Н-да… Ну, и стрижка у тебя, Ворчун. Определенно, тебя нужно подстричь. Лучше всего - как льва! Или как болонку. Нет, все же правильнее будет как льва! Сейчас мы этим и займемся!

Ворчун заподозрил что-то неладное и понял, что ничто хорошее его не ждет. Пятясь, он двинулся к спасительной двери в надстройку, где можно спрятаться так, что и за день не найдут его! Однако же, от Дикки не так просто было отделаться! Она схватила пса за ошейник и довольно бесцеремонно потащила в свою каюту, на ходу уговаривая его не сопротивляться. Закрыв Ворчуна в каюте, Дикки выпросила у Алекса ножницы.

Ворчун с обреченным видом сидел посреди каюты и с опаской поглядывал на ножницы в ее руках, пока она осматривала его, примеряясь, с чего начать.

- Все, Ворчушка, сейчас мы из тебя будем приличного пса делать, – сказала девочка, - ты просто стой спокойно. Я не сделаю тебе ничего плохого.

Итак, работа началась. Вокруг собаки падали и падали клочки выстриженной шерсти. Поняв, что его жизни ничто не угрожает, Ворчун стоял спокойно и только поджатый хвост показывал, что ему все-таки немножко страшно.

Совсем не простое это занятие – делать прическу. И, тем более, если парикмахер делает это впервые в жизни, а клиент – обычный пес, которому тоже никогда и никто не делал еще прически. Получалось у Дикки не совсем так, как хотелось. Закончив с одной стороны, Дикки вдруг замечала, что с другой стороны осталось больше шерсти… Подровняв с той стороны, она снова замечала перекос. В конце концов, Ворчун действительно стал походить на маленького льва. Лохматая, нетронутая голова и жалкое, с совсем коротким, короче, чем на зубной щетке мехом, остальное тело. Там просто нечего больше было стричь.

Долго рассматривая результат своей работы, Дикки решила украсить собаку и заплела косички с яркими бантиками. Посмотрев на разобиженного пса, она опять все расплела и разлохматила его лохматую голову.

– Ладно, Ворчун, ходи так, - сказала Дикки, и пес завилял хвостом, поняв, что непонятная процедура закончилась.

- И это, Ворчушка, еще не все! Теперь мы пойдем на палубу и будем учиться ходить на задних лапах!

На палубе пес повеселел, потому что после стрижки ему стало гораздо легче жить, да и не так жарко. Ветерок приятно обдувал его и жизнь явно налаживалась!

- Ну, давай, Ворчунчик, ап!

Дикки помнила, что дрессировщики диких зверей в цирке так и говорили: «Ап! И тигры у ног твоих…». Или это из песни? Ну, да это и не важно!

С трудом подняв Ворчуна за передние лапы, она стала пятиться. Пес неуверенно шагнул раз, другой и он понял, что от него требуется! Слегка присев на задние лапы, уже без помощи Дикки, он сделал несколько неуверенных шагов и тут же был награжден восторженными воплями Дикки.

– Ой, умница! Вот, молодец ты какой, Ворчун! Давай еще!

Ворчун даже сам не ожидал, что это так интересно – ходить на задних лапах и сделал еще пару шагов.

- А укротители и дрессировщики обязательно поощрили бы собаку в таком случае, чтобы она сама захотела потом повторить достигнутый успех, - раздалось сверху.

Дикки подняла голову. Это был капитан. Он стоял на крыле мостика и, опершись на релинги, смотрел на их занятия сверху.

- Ой, здрасти, - сказала Дикки, - а как поощрить Ворчуна? Погладить его по головке?

- Нет, - засмеялся капитан, - ему нужно дать что-нибудь очень вкусное. Например, маленький кусочек сахара. И потом, когда он что-нибудь сделает, его нужно будет опять так поощрить. В конце концов, он все поймет и будет делать все, о чем ты его попросишь, ожидая такого поощрения.

- Вот, спасибо! Я побежала за сахаром к тете Варе! – воскликнула Дикки. А ты сиди и жди меня, никуда не уходи, - обратилась она к Ворчуну.

- Да, между прочим, а кто это так постриг собаку? – остановил ее вопрос капитана.

- Я, - с гордостью сказала Дикки.

- Молодец! Так собаке будет легче в тропиках жару переносить. Однако же, думаю, что это очень хорошо, что собаки редко глядятся в зеркало!

Радостная от такой похвалы, Дикки нырнула в надстройку и помчалась по трапам на камбуз, к тете Варе. Пробегая мимо каюты, она остановилась. Тетя Варя стояла над кучей собачьей шерсти и задумчиво на нее смотрела.

- Ой, тетя Варя, - запыхавшись, выпалила Дикки, - а я к вам. Мне нужны кусочки сахара!

- Сахар-то мы, конечно же, найдем, а вот, не объяснишь ли ты мне, кто здесь вот это все потерял? – спросила она девочку, указывая на пол.

- Это я….

- Ты? – тетя Варя осмотрела девочку, - да вроде бы, как все на месте, да и цвет чуточку не тот, сдается мне.

- Да нет, - засмеялась Дикки, - это же Ворчуна волосы, а стригла его я!

- Вот теперь мне все понятно. А убирать за вами теперь буду я, правильно?

- Нет, - опустив глаза, - сказала Дикки, - я сама уберу. Это я просто забыла.

- Да уж ладно, на этот раз я сама все уберу, а в будущем, надеюсь, ты сама за собой всегда будешь все убирать, да?

- Да, конечно, тетя Варя! Я обещаю!

- Вот и умница. Идем на камбуз, а по пути ты мне расскажешь, зачем тебе сахар.

Ворчуна на месте не оказалось, когда Дикки вернулась на палубу с кульком кусочков сахара. То ли ему не понравилось то, чем они занимались, то ли просто устал с непривычки, но ждать Дикки он не захотел.

- Ладно, - сказала сама себе Дикки, - на сегодня хватит, но завтра мы обязательно продолжим!

Далее

(В. Ахметзянова, В. Федоров)

Приключения Дикки и ее друзей