Начало новой жизни





Вот и кончилось детство. Вот она, долгожданная свобода. Не надо вставать по утрам, не надо бежать в школу, не надо делать противных уроков, не надо краснеть у доски. Только что-то мне совсем не радостно. Дальше-то что? Куда идти? Где мое место в жизни? Да и есть ли оно? А вдруг его вообще нет? Одно я знала наверняка, нигде меня не ждут, никто мне не рад и никому я не нужна. Где же тот мудрый и добрый, который укажет путь, подскажет, что делать, тот, который будет всю жизнь помогать, опекать и все решать за меня?

Обуреваемая такими грустными мыслями и, осознавая всю значимость первых самостоятельных шагов, я принялась ломать голову над выбором жизненного пути. Никакого призвания я в себе не ощущала, какой стезей идти тоже не представляла, и будущее мне казалось бездонным океаном, которое манило и затягивало, не протянув при этом ни лодки, ни шлюпки, ни хотя бы спасательного жилета. Так как кроме уроков я ничего в жизни не делала, то решила для начала поступить, если не в Вуз, то хотя бы в какой-нибудь захудалый техникум, где поменьше конкурс. Родители вообще советовали дальше ПТУ не рыпаться, и выучиться на портниху или повара, чтобы хотя бы дома от меня какая польза была. Но это было слишком противно моей ленивой натуре.

Конечно, было бы здорово поступить в институт… а еще лучше - сразу в Университет, назло родителям и завистливым подругам. Я даже представила, КАК я буду на всех смотреть свысока, и как небрежно и запросто начну рассуждать о высоких материях, и шпарить цитатами марксизма-ленинизма и других классиков. От таких мыслей у меня даже голова пошла кругом, и я еще долго витала в облаках, пока не почувствовала мук голода. Заглянув в холодильник, и не обнаружив там ничего, заслуживающего внимания, я спустилась мыслями на грешную землю, и поняла, что от моей будущей зарплаты будет зависеть и то, чем будет забит мой холодильник, если он у меня конечно, будет. Так что я уткнулась в справочник и начала методично примерять на себя все профессии, какие только существовали в мире.

Но бог мой! Ни одна порядочная профессия мне не подходила! Или она мне подходила, да только я ей не подходила вовсе. Мне нужна была такая работа, чтобы, с одной стороны я была бы там совсем незаметной, чтобы ко мне никто не приставал с замечаниями и указаниями, а с другой - чтобы она мне так безумно нравилась, чтобы я каждый день с радостью вприпрыжку бегала на работу и обратно, и чтобы меня за эту работу уважали и повесили бы на доску почета, и все бы брали с меня пример, и чтобы в газетах про меня написали, а на моем рабочем столе стоял красный флажок "победителя социалистического соревнования". И чтобы не нужно было ни с кем разговорить, а нужно было только молчать и думать. Но молчать так красноречиво, чтобы всем сразу было понятно, какая я необыкновенная натура и выдающаяся личность. Но, видимо такую профессию еще не придумали, и я все ковырялась и ковырялась в справочнике, пока у меня голова совсем не опухла.

Наконец я наткнулась на профессию бухгалтера, тут же представила себя маленькой конторской крыской, целый день выводящей закорючки, и поняла, что лучшего мне не найти, да и искать уже осточертело, если бы мне в тот момент попалась профессия кочегара, думаю, я и туда бы пошла, так мне все это надоело. Сообщив о своем выбранном решении родителям, и получив их благословение, типа того, что иди куда хочешь, я начала собирать все необходимые справки и документы.

И вот, несколько дней спустя, я уже выходила из дома, прижав к груди заветную папку с бумагами, чтобы отдать документы в экономический техникум. Пройдя несколько шагов, я увидела Пронину Валю, свою одноклассницу, которая, выйдя из соседнего подъезда, с не менее деловым видом направилась к остановке. Заметив меня, она остановилась, и спросила, куда это я, такая деловая, еду и, услышав мой ответ, сказала, что тоже едет сдавать документы в техникум. Только не в такой скучный, как мой. И стала расписывать, какой интересный и прогрессивный этот авиационный техникум, в который она собирается поступать.

Я равнодушно слушала ее хвалебные изречения, не собираясь ни за какие коврижки менять своего твердого бухгалтерского решения, но когда она произнесла, что там будут преподавать программирование, я поняла, что это как раз то, о чем я мечтала всю свою сознательную жизнь. Математика была моим коньком, а о разных вычислительных машинах слышала такие удивительные вещи, что даже и представить не могла, что когда-нибудь смогу работать на огромных компьютерах, которые красиво перемигивались красивыми разноцветными лампочками, выполняли сотни операций в секунду, и занимали собой целые комнаты. Тем более там я тоже могу молчать и быть незаметной, что, однако, не помешает мне великолепно барабанить по кнопкам и стать героиней социалистического или коммунистического труда.

Короче, мысленно поблагодарив судьбу за предоставленный чудесный шанс, я поехала с Валентиной в город Долгопрудный, где и находился этот знаменитый на весь мир техникум. Сам городок мне не очень понравился. Вернее, совсем не понравился. Какой-то он был бестолковый. Много улочек, какие-то парки, маленькие магазинчики… Автобусов не дождешься, да и те ходят как-то странно. А расстояния там не маленькие. Да еще до Долгопрудного приходилось добираться на электричке, так что я уже пожалела, что согласилась на эту авантюру. Этот техникум занимал два первых этажа трехэтажного здания, причем на третьем располагался одноименный институт. К тому же курс, на который мы подали документы, был вовсе не авиационным, а скорее машиностроительным, что привело меня в еще большее уныние. Но отступать было поздно, и мы с Валей, отдав документы и, узнав расписание экзаменов, отправились по домам готовиться к предстоящим экзаменам.

(В. Ахметзянова)

Дикаркины рассказы