Белоголовый орлан, или как американцы распорядились своим гербовым животным





За один-единственный апрельский день 1974 года в американских штатах Огайо и Джорджия погибло более 300 человек. Они стали жертвой страшного урагана, который в течение нескольких часов лютовал над этой областью, разрушив дома общей стоимостью в несколько сот миллионов долларов. В другой раз подобный же ураган погубил 689 человек и ранил еще 1980. Каждый год ураганы в Северной Америке уносят сотни человеческих жизней.

Кому уж тут придет в голову скорбеть о том, что ураган по имени «Донна» за одни только сутки сорвал во Флориде с деревьев 90 процентов всех гнезд белоголового орлана и унес их вместе с птенцами? Правда, примерно 60–65 процентов разоренных гнезд птицам удалось потом восстановить, но лишь в одной трети из них появились птенцы; в предшествовавшем урагану году птенцы насчитывались в 70 процентах гнезд.

Всем, наверное, известно, что именно белоголовый орлан (Haliaetus leucocephalus) изображен на американском государственном гербе. Но не многие знают, что на Аляске с 1922 по 1940 год выплачивались премии за убитых белоголовых орланов. И таких премий было выплачено 103 454. А с 1949 по 1950 год выплатили еще 7455. На сегодняшний день во всей Аляске насчитывается в лучшем случае 7 тысяч орланов, а на остальной территории США, вместе взятой, может быть, осталось еще 700 штук. Зато теперь они находятся под строгой охраной закона. Однако кто уж там, честно говоря, станет волноваться, что где-то на далеком берегу замерзшей реки какой-то «охотник» все же взял да подстрелил охраняемого орлана?

То же самое произошло с гербовым животным ФРГ — беркутом: его сохранилось всего несколько считанных экземпляров в Баварских Альпах, а те три-четыре пары орлана-белохвоста, сохранившиеся в Шлезвиг-Гольштейне, обязаны своей жизнью истинным любителям природы, которые ежегодно охраняют их кладки и птенцов от разграбления. То же самое относится и к последним 30–40 парам соколов-сапсанов. Субсидируется эта деятельность из нашего «Фонда помощи истребляемым животным».

Что и говорить, гербовое животное американцев — это сила! Размах крыльев у такого белоголового орлана — два с половиной метра, он способен поднять в воздух груз, весящий от двух до четырех килограммов, а своим знаменитым «орлиным взором» видит в восемь раз острее, чем мы. Следовательно, он способен с поднебесных высот различать совсем мелкие предметы на земле. На каждую зрительную клетку в человеческом глазу в орлином приходится целых восемь. На распростертых крыльях он без всякого труда повисает в воздухе, словно планер, используя при этом восходящие потоки воздуха. Но в случае надобности он может и взмахивать крыльями с необычайной силой: ведь его лета тельная мускулатура, а следовательно его «мотор», составляет пятую часть всего веса тела и развивает вчетверо больше силы, чем человеческие мускулы тех же размеров; в общей сложности она соответствует одной десятой лошадиной силы. Но при этом нельзя забывать, что лошадь весит в среднем от 500 до 600 килограммов, а белоголовый орлан только 5 килограммов, следовательно, лишь сотую часть веса лошади… А это значит, что он в десять раз сильнее лошади. Остается действительно только восхищаться подобным созданием!

Тем не менее знаменитый Бенджамин Франклин, успешно боровшийся за независимость американской колонии от британского владычества, поначалу ни за что не соглашался утвердить белоголового орлана в качестве гербового животного нового государства. Еще в 1784 году он писал своей дочери:

«Я бы желал, чтобы мы не использовали белоголового орлана для этой цели; он обеспечивает свое существование нечестным и немирным путем. Совсем неплох был бы для этой цели индюк; он — птица смелая, которая, не раздумывая, набросилась бы на любого британского солдата, залезшего в сад позади дома».

Между прочим, начиная с 1841 года все американские президенты скрепляли издаваемые в стране законы неправильной гербовой печатью. Да, представьте! Потому что у изображенного на ней белоголового орлана перья покрывали ноги до самого низа. Следовательно, это был беркут! И только спустя 41 год ошибка была обнаружена и исправлена. Так что теперь на гербе красуется уже та птица, что и полагается. Но ведь таким образом можно считать все прежде утвержденные и скрепленные государственной печатью законы недействительными…

Чем, собственно говоря, объяснить, что эта эмблема, этот символ могущества Соединенных Штатов пришел в такой упадок? Почему американцам на сегодняшний день приходится так отчаянно бороться за сохранение последних белоголовых орланов и их успешное размножение?

Ну во-первых, конечно, дело в беспорядочной стрельбе. Ведь ферме-ров-овцеводое, особенно в южных штатах, несмотря на все государственные запреты, трудно удержать от отстрела белоголовых орланов («потому что они убивают наших ягнят»). Ведь достаточно часто такие фермеры застают этих хищных птиц сидящими на останках мертвых ягнят. Тем не менее тут явное недоразумение. Питание белоголовых орланов на 60–90 процентов состоит из рыбы, а затем уже идут водоплавающие, змеи и разная падаль. Чтобы кто-то из них самостоятельно убил ягненка — случается, может быть, раз в сто лет. А над скудными засушливыми выгонами южных овцеводческих ферм они настойчиво парят лишь потому, что гам водятся луговые собачки. Если отстрелить всех орланов, мелкие грызуны размножатся до такой степени, что перероют всю почву на пастбищах и объедят всю траву. Результат не заставит себя ждать: голодающие овцы и умершие с голоду ягнята. А на них затем и садятся хищные птицы, чтобы поживиться падалью. Однако старые поверья в народе трудно искоренить.

Белоголовый орлан — гербовое животное Соединенных Штатов Америки. Мускулы, приводящие в движение крылья, составляют у него пятую часть общего веса тела и развивают значительно большую энергию, чем равные по величине мускулы у человека

Заменить же белоголовых орланов некем. Размножаются они отнюдь не так быстро, как рыбы, луговые собачки или крысы, которыми они питаются. В течение целых 35 дней им приходится высиживать кладку из двух яиц, которые снесет самка. Если корм скудный, удается выкормить, как правило, только одного, более крупного птенца, второй погибает. Природа жестока. В течение месяца родителям приходится неустанно притаскивать в гнездо рыб, а когда молодые, оперение которых поначалу однотонно-коричневое, научатся наконец сами себя обеспечивать, должно пройти еще четыре, а то и пять лет, прежде чем их головные и шейные перья станут белоснежными, а сами они приступят к дальнейшему размножению.

Белоголовый орлан своим «орлиным взором» видит в восемь раз острее, чем мы, следовательно, он способен с воздуха разглядеть любую мелочь на земле. У орлана восемь зрительных клеток там, где у человека только одна

Зиму белоголовые орланы охотно проводят возле полузамерзших' рек, где ловко выхватывают рыб из полыней. Весной молодой самец-орлан начинает повсюду следовать за самкой, которая всегда несколько крупнее и тяжелее, чем он сам. Парочка улетает куда-нибудь подальше и совместно строит себе гнездо. Диаметр такого гнезда нередко составляет два с половиной метра; с течением времени оно в результате надстройки способно достигнуть семи метров в высоту! Укреплено оно обычно где-нибудь на головокружительной высоте в развилке ветвей раскидистой кроны дерева. Парочка остается вместе на всю жизнь.

Еще и по сей день в некоторых реках Северной Америки, в особенности на Аляске, как прежде у нас на Рейне, ежегодно поднимаются вверх против течения огромные стаи лососей, чтобы там, в верховьях реки, отнереститься, а потом, вконец вымотанными или умирающими, скатиться вниз.


По индейским поверьям, у медведей раньше не было когтей, что мешало им ловить рыбу. Когтями их снабдил Великий дух в образе белоголового орлана.

Даже маленькие медвежата не прочь половить рыбку

Вот тут-то и наступает настоящий праздник для бурых медведей и белоголовых орланов! Целыми днями и неделями они просиживают на берегу и ловят рыбу. Надо ведь накопить себе жир на трудные времена.

«Но так было далеко не всегда, — уверяют индейцы племени хайда. — Медведи должны быть благодарны белоголовым орланам, что тоже научились ловить рыбу в воде».

Как-то давным-давно, рассказывают индейцы, одна медведица пыталась накормить своих медвежат и себя лососями, которые проносились мимо стремительным течением реки. Однако гладкие и скользкие рыбины все время ускользали из ее лап. А на берегу медведицу нетерпеливо ждали голодные медвежата. В конце концов она в отчаянии обратилась к Великому духу, заклиная его помочь ей. Великий дух явился ей в образе орла.

— Подними-ка свои лапы, — приказал он медведице. Вырвав у себя из ноги несколько копей, он вживил их в лапу медведицы. — Они будут удерживать пойманную рыбу, — сказал дух и исчез. И сразу же отросли длинные когти на всех четырех лапах медведицы, а также у ее медвежат и у всех медведей вообще. С тех пор любой медведь прекрасно умеет ловить рыбу.

К сожалению, Великий дух не рассчитывал на то, что явятся белолицые американцы и изобретут линии высоковольтных передач. Именно эти линии и превратились в «электрический стул» для ни в чем не повинных белоголовых орланов и других хищных птиц. Точно так же как,

и у нас в ФРГ. После того как в одном только штате Айова за четыре года подобным способом было умерщвлено 500 орланов, компания, владеющая линиями электропередач, решилась наконец призвать специалистов-биологов. Выяснилось, что в местностях с бескрайними полями ферм, где едва можно найти хоть пару высоких деревьев, орлы охотно садятся на опоры высоковольтных линий, более того, устраивают на них свои гнезда. Вскоре удалось найти выход из создавшегося положения: смерти птиц от удара током можно избежать, если находящиеся под высоким напряжением провода протягивать на более широком расстоянии друг от друга, а в непосредственной близости от железных опор надежно изолировать. Компании по электроэнергетике вскоре выделили значительные суммы на переустройство своих электролиний. И если прежде работники, обслуживающие эти линии, обнаружив гнездо, попросту сталкивали его длинным шестом вниз, а порой и пристреливали его обитателей, то теперь все изменилось. Ныне последние представители пернатых стали пользоваться особым почетом и уважением. Электромонтажники залезают теперь наверх и подравнивают орлиные гнезда таким образом, чтобы оттуда не торчала ни одна ветка, могущая вызвать короткое замыкание проводов. Многие компании пошли еще дальше в своих затратах: рядом с линиями высокого напряжения они установили специальные мачты с платформами, на которых орлы могли удобно и безопасно для жизни строить свои гнезда. Похоже, что американцы начинают любить свое гербовое животное не только в виде изображения на золотых долларах, но и в живом виде — из плоти и крови.

Между прочим, на двадцатидолларовых монетах до сих пор еще ошибочно изображен беркут вместо белоголового орлана…

Но, для того чтобы обеспечить действенную охрану какого-либо вида, надо точно знать, где и как он живет. Ведь сами гнезда белоголового орлана обнаружить совсем не просто. Профессор Томас К. Данстен придумал для этой цепи особый трюк. Он выпотрашивает рыбу и засовывает в нее крошечный радиопередатчик и пробковый поплавок. Затем он рыбу зашивает и бросает в воду. Когда такая рыба плавает на поверхности воды, ее рано или поздно обязательно схватит белоголовый орлан и понесет к своему гнезду. Следуя за ним с портативной антенной и приемным устройством, Данстену удается запеленговать его где-то высоко в горах или в кроне дерева в лесу. Тогда он лезет наверх и прикрепляет к сидящему в гнезде птенцу миниатюрный передатчик, который способен в течение многих месяцев подавать сигналы. Такой микропередатчик весит неполных 50 граммов и так мудрено устроен, что ничем не

мешает птице во время полета, А родителей вообще нисколько не беспокоит желтая полоска на спине их чада. Сигналы, которые крошечный передатчик издает через определенные интервалы времени, легко улавливаются на расстоянии даже полутора километров. Томасу Данстену удалось проследовать за одним таким молодым орланом на 520 километров к югу.

Не легко обстоит дело с размножением белоголовых орланов и в зоопарках. Ведь современные зверинцы в последнее время стараются сократить у себя число видов по крайней мере на одну треть. Они предпочитают содержать в парке более крупные группы животных одного вида, но зато в более обширных и удобно устроенных вольерах, с учетом необходимых условий для дальнейшего размножения. Потому что когда дикие животные в неволе приносят потомство, это означает, что они чувствуют себя спокойно и своим содержанием довольны. (К домашним животным подобное правило не относится — те за прошедшие тысячелетия уже приноровились размножаться даже в самых невероятных и неподходящих условиях.)

Нашим франкфуртским белоголовым орланам одному 13, а другому 15 лет. Вернее, столько лет они живут уже в зоопарке. Когда они в семилетием возрасте стали половозрелыми, то неоднократно начали делать попытки высиживать яйца, но ни разу ничего из этого не получалось. Когда в прошлом году первое снесенное яйцо снова оказалось неоплодотворенным, было решено оплодотворить самку искусственно. Была добыта сперма самца и вспрыснута самке. Результатом оказались два замечательных здоровых орленка, щеголявшие по вольере в своем темно-коричневом молодежном наряде.

Итак, несмотря на все старания, американское гербовое животное, не считаясь с законом, продолжают и отстреливать, и казнить током. Во Флориде они неотвратимо теряют свое жизненное пространство, потому что там, где под строительство шикарных пансионатов сводятся леса, там, не задумываясь, срубают и «гнездовые» деревья на берегу. Сводят даже кустарниковые мангровые леса на мелководье — ведь нужны новые благоустроенные пляжи. Но это еще не самое страшное.

Наиболее опасный и тайный враг орлов — «химические средства по борьбе с вредителями». С вертолетов, со специальных самолетов и из мощных наземных разбрызгивающих устройств их, не скупясь, распыляют над полями, лугами, лесами. Все так же, как и у нас, в Европе. И только много лет спустя додумались, что средства эти не только отравляют сорняки и вредных насекомых, но и не менее ядовиты для всех других животных, и в особенности для человека. Когда в Соединенных Штатах много лет назад уже запретили использование ДДТ, у нас в ФРГ продолжали им бодро пользоваться дальше и опыляли лесопосадки вплоть до 1977 года. Да и сегодня еще пришедшие на смену ДДТ вновь изобретенные инсектициды не проходят предварительной проверки на возможные побочные воздействия, не испытываются тщательно и всесторонне, а просто сразу же допускаются к употреблению. И зачастую только через несколько лет, когда их губительное воздействие на ценных животных и человека становится совершенно явным, вот тогда их только запрещают…

Наиболее наглядно можно заметить начавшееся отравление окружающей среды, как ни странно, по птичьим яйцам, в особенности по яйцам хищных птиц. Почему именно по ним? Да просто потому, что они являются последним заключительным звеном пищевой цепи. «Дилдрин», РСВ, ДДТ и другие подобные «помощники лесного и сельского хозяйства» сначала впитываются растениями, а те уже усваиваются насекомыми, червями, рыбами, грызунами и всякими другими организмами, увеличивая в них свою концентрацию в сотни раз. В хищниках, живущих в свою очередь за счет подобных существ, концентрация яда увеличивается уже в сотни тысяч раз. А вот побочное воздействие яда на хищных птиц: скорлупа их яиц становится все тоньше и тоньше.

Птицы уже бывают не в состоянии высидеть свою кладку — они раздавливают яйца. Так, в Мэриленде доктор Ваймейер регулярно исследует толщину скорлупы яиц у орлов. За последнее время она вроде бы стала снова немного крепче, потому что уже много лет как применение ДДТ строжайше запрещено. Впрочем, не подумайте, что наши индустриальные, высокоразвитые страны полностью прекратили его выпускать. Ничуть не бывало! Просто теперь мы им «осчастливливаем» ничего не подозревающие так называемые развивающиеся страны… И можно не сомневаться, что и для себя самих мы изобретем еще не одно подобное средство для распыления.

С помощью своих миниатюрных радиопередатчиков профессору Томасу Данстену удалось проследить зимние миграции белоголовых орланов вниз по рекам Миссисипи и Миссури. Но что было крайне удивительно, это то, что в найденных им там мертвых птицах оказывались непомерно большие дозы ДДТ. Неясно почему? Ведь они питаются в основном рыбой. А в рыбах как раз в тех местах особых следов ДДТ не было обнаружено. Тогда Данстен собрал погадки орлов (непереваренные остатки пищи в виде шариков) и просветил их рентгеном. Он обнаружил в них множество утиных костей и ружейной дроби. Значит, пищу орланов здесь часто составляют утки-подранки, подстреленные, но не найденные охотниками. А утки прилетают сюда из северных сельскохозяйственных районов, где обильно распыляются всякие инсектициды.

Белоголовый орлан по-английски именуется почему-то «Bald Eagle», что означает «лысый орел», хотя у взрослых орланов абсолютно белые, но никак не лысые головы. В прошпом столетии один белоголовый орлан стал своеобразной знаменитостью. Звали его Old Abe (Старый Эйб). Один солдат Восьмого Висконсинского пехотного полка выменял у какого-то индейца за четверик пшеницы молодого орлана. Он был еще в темном, следовательно, молодежном оперении. Птица стала совсем ручной и. сидя на перекладине, на которой ее всюду таскали за собой, «принимала участие» в гражданской войне 1861–1865 годов. Однажды, когда полк прбходил через какой-то город, орлан ухватил клювом край знамени, который несли впереди него, и так держал всю дорогу. Знамя таким образом оказалось развернутым во всю ширину, и изображенный на нем герб горделиво сиял во всей своей красе. Толпы народа на обочинах дороги, решив, что птица это сделала сознательно, разразились бурными овациями. Old Abe стали окружать всяческим почетом. Вскоре он уже сидел на перекладине без всякой цепочки, совершенно свободно. Его по-прежнему повсюду носили с собой.

Во время битвы при Коринфе он с криками носился над полем брани. А так он обычно охотно занимался рыбной ловлей в какой-нибудь близлежащей реке. Как-то раз выступление полка пришлось отложить на час, потому что орлан еще не вернулся. В 1865 году птицу поместили в Медисонский капитолий на постоянное жительство. Однако он продолжал принимать участие во всех солдатских встречах, в частности был почетным гостем на праздновании десятилетия Филадельфии. Надо сказать, что он приносил и кое-какой доход: одна лишь продажа открыток с его изображением и сувениров из его хвостовых и головных перьев принесла

16 тысяч долларов. Но закончил он свою жизнь далеко не так славно, как бы хотелось. В марте 1881 года в государственном капитолии вспыхнул пожар. Огонь охватил помещение, соседнее с тем, в котором находилась вольера Old Abe. Загорелись краски и масла. Орлан отравился ядовитыми парами; правда, его удалось снова привести в чувство, но ненадолго. Через месяц он все же умер. Его чучело простояло в капитолии еще до 1904 года, но затем окончательно сгорело во время более сильного пожара.

Однако в Соединенных Штатах он до сих пор почитается как большая знаменитость.

А теперь вот молодые американские энтузиасты, борцы за охрану природы, возводят в национальных парках заборы вокруг территории, где гнездятся белоголовые орланы. Таким образом удается держать на почтительном расстоянии как лыжников, так и главным образом шумящие «Снегоходы». В охране птиц охотно принимают участие и школьники. Поэтому численность белоголовых орланов в США за последнее время не снижается. В окрестностях Вашингтона их даже стало вчетверо больше. Но разумеется, далеко не каждый американец осознал еще важность такору охраны. Так, совсем недавно профёссору Данстену прислали того самого молодого орлана, за которым он проводил столь длительные наблюдения, снабдив его радиопередатчиком; получил он его в пакете, который ему прислал один из его коллег. Птица была застрелена охотником — несмотря на все запреты.

Вернуться к оглавлению